Дмитрий Песков — Мы наблюдаем беспрецедентную эскалацию напряженности в нашем регионе

Евросоюз включил «Корпус стражей исламской революции» Ирана в список террористических организаций. Соответствующее решение принял Совет ЕС. Этому решению предшествовало соглашение, достигнутое Советом по иностранным делам 29 января. После включения в список в отношении «Корпуса стражей исламской революции» будут применяться ограничительные меры в рамках антитеррористического санкционного режима ЕС. Это предусматривает замораживание его средств, других финансовых активов и экономических ресурсов на территории государств-членов ЕС, а также запрет на предоставление ему средств и экономических ресурсов со стороны ЕС. В результате сегодняшнего решения ограничительные меры в рамках так называемого террористического списка ЕС распространяются на 13 физических лиц и 23 группы.

«Для нас «красной линией» являются партии на оппозиционном фланге, происходящие от «Национального движения», и его ответвления, соответственно, ни о каком объединении речи не идёт, — об этом заявила член партии «Гахария — За Грузию» Тата Хведелиани. Что касается сотрудничества конкретно с партией «Лело», Хведелиани отметила, что после выборов в органы местного самоуправления они не продолжили взаимодействие и на данный момент ничего не обсуждают. «Мы не рассматриваем объединение ни с кем. Для нас красной линией являются партии на нашем оппозиционном фланге, происходящие от “Национального движения”, и его ответвления. Соответственно, ни о каком объединении речи не идёт. Приветствуется, если конкретная оппозиционная партия — “Лело” — решила действовать самостоятельно и продолжать борьбу. У нас был прецедент сотрудничества с ними для достижения общей цели, усиления общих позиций, и мы взаимодействовали в формате выборов в органы местного самоуправления. После этого сотрудничество не продолжилось. На данный момент мы ничего не рассматриваем, однако посмотрим, как будут развиваться события», — отметила Хведелиани.

«В Тбилиси проекты активно реализуются, и в будущем также запланировано множество работ», — заявил мэр Тбилиси Каха Каладзе, отвечая на вопрос по поводу заявления вице-спикера парламента Созара Субари о борьбе с коррупцией. По его словам, приостановка проектов в муниципалитетах по всей стране из-за выявленных фактов коррупции не касается Тбилиси. «Как вы думаете, мы что-нибудь остановили? Вы каждый день ходите со мной и знакомитесь с различными проектами, но не освещаете те работы, которые мы выполняем, потому что вам это неинтересно. Например, сегодня мы находимся в восьмом микрорайоне Глдани, где районная управа завершает данный проект. Несколько дней назад мы также были на другом объекте и так далее. Соответственно, думаю, в отношении Тбилиси вопросов не существует. За последние годы было сделано очень многое, многое делается сейчас, и в будущем у нас запланировано ещё много важных проектов», — отметил Каха Каладзе.

Апелляционный суд Парижа по делу о «Намахвани ГЭС» подтвердил решение международного арбитража, согласно которому, выплата Грузией около 400 миллионов долларов компании «Энка» приостановлена до вынесения окончательного решения апелляционной инстанцией. Речь идёт о проекте «Намахвани ГЭС» — гидроэлектростанции стоимостью 800 миллионов долларов, контракт на строительство которой правительство Грузии и компания «Энка» подписали в 2019 году. Согласно решению Парижского апелляционного суда, проект был сорван на фоне протестов местных жителей и экологических активистов, после чего в 2021 году компания «Энка» в одностороннем порядке расторгла контракт, сославшись на нарушение обязательств со стороны Грузии. В 2022 году компания обратилась в международный арбитраж с требованием компенсации. 13 ноября 2024 года арбитражный трибунал вынес окончательное решение, за которым последовала дополнительная корректировка от 6 января 2025 года. Трибунал признал расторжение контракта законным и обязал Грузию выплатить компании «Энка» около 400 миллионов долларов США. Правительство Грузии подало в Парижский суд три ходатайства: об отмене решения, об отказе в предоставлении разрешения на его исполнение и о приостановке выплаты. Компания «Энка», в свою очередь, потребовала разрешение на исполнение решения. Суд сначала рассмотрел вопрос о возможности выдачи разрешения на исполнение решения и такое разрешение было выдано. Однако затем суд перешёл к рассмотрению вопроса о приостановке выплаты. Грузия представила доказательства того, что 400 миллионов долларов составляют 60% бюджета национальной обороны и 250% бюджета Министерства юстиции. Суд принял этот аргумент и постановил, что немедленная выплата присуждённой суммы «нанесла бы серьёзный ущерб суверенному управлению государственными делами». Апелляционный суд Парижа также учёл статус компании «Энка»: она была создана исключительно для реализации проекта «Намахвани ГЭС» и после расторжения контракта не осуществляет экономическую деятельность и не обладает значительными активами. Это означает, что в случае последующей отмены решения, возврат выплаченной суммы Грузии может оказаться практически невозможным. Учитывая эти два фактора, суд полностью приостановил выплату до вынесения окончательного решения апелляционной инстанцией.

«Когда документы говорят больше, чем политика», — пишет Посол Исламской Республики Иран в Грузии Сейед Али Моджани. Одним из моих главных интересов в течение сравнительно короткого периода моей дипломатической миссии в Тбилиси является изучение истории и архивных документов ирано-грузинских отношений. Почти каждые выходные я систематически знакомлюсь с историческими источниками. Недавно я завершил повторное изучение одного из документов Национального архива Грузии, датированного 26 марта 1705 года и относящегося к эпохе Сефевидов. Документ касается правового спора, связанного с одной из тбилисских бань. Эта баня ранее принадлежала Грузинской православной церкви, а доходы от неё направлялись на содержание монахов монастыря. В определённый период один из государственных чиновников, ссылаясь на исламский вакф, оформил баню в свою собственность. Патриарх Грузинской церкви обжаловал это решение. После его жалобы вопрос был рассмотрен при иранском шахском дворе. Шиитский шах династии Сефевидов, признав претензии чиновника необоснованными, издал из Исфахана приказ немедленно изъять баню у указанного лица и вернуть её Грузинской православной церкви, а доходы вновь направлять на церковные нужды в соответствии с прежним порядком. Этот пример приводится не для оценки прошлого, а для того, чтобы подчеркнуть необходимость документального и многогранного осмысления истории. Оценка сефевидского правления в Грузии требует серьёзных научных исследований, основанных на подлинных источниках, а также совместного сотрудничества иранских и грузинских исследователей. Только такой подход позволит сформировать единый, научный и надёжный исторический нарратив и избежать стереотипов, обвинений и идеологических интерпретаций. История — это не пространство для политических приговоров; это сфера осмысления человеческого опыта в контексте времени, опыта, на который одновременно влияют географические и климатические факторы, а также структуры власти. Лишь учитывая эту сложность, историк способен правильно воспринимать прошлое. Как Посол Исламской Республики Иран в Грузии и как исследователь с многолетним опытом изучения истории Ирана и его соседних стран, я убеждён, что настало время начать глубокий академический диалог между нашими двумя странами. Создание совместных исследовательских механизмов, в частности комитетов по историческим исследованиям, будет способствовать систематическому изучению архивов и научному укреплению общего исторического нарратива. Документальное и всестороннее осмысление прошлого необходимо не для повторения травм, а для повышения сознательности будущих поколений и укрепления сосуществования, социальной устойчивости и сотрудничества. Будущие отношения Ирана с его соседями не могут строиться на присвоении культурного наследия или эмоциональных интерпретациях прошлого; они могут формироваться только на основе глубокого понимания, академического диалога и ответственного отношения к общему человеческому опыту. Если мы позволим архивам говорить, политика будет вынуждена отказаться от поспешных суждений и подчиниться историческому пониманию. И это, возможно, станет первым шагом к созданию более рационального, гуманного и устойчивого будущего в нашем регионе.